Отображение лексических особенностей гуцульских говоров в повести М Коцюбинского Тени забытых предков

21.01.2017    /   

открывая, показывает зубы (обычно о животных).
2.Слегка прикрывать веками (глаз, глаза) немного прищуривать (9, IX, 246).
сокотиты, -очу, -отиш, недок. Беречь, охранять (9, IX, 440). Он должен сокотиты огонь, сию Полонинско душу, кто знает, чтобы произошло, если бы не уберег! (201, 208).
Чюриты, рит, недок. Журчать (9, XI, 393). Там можно увидеться с дальним родом, что ос / вся по окрестным деревням, и случалась возможность оддячиты Гутенюки смерти Василеву, и за кровь, не раз ч юрила с Палийчуков (182).
исчезать, -аю, аеш, недок. Переставать существовать, быть в наличии (9, XI, 663). Так бы хухнув на стекло, оно запотеет, а потом исчезнет все, как будто ничего не было (199, 204).
Наречия
Быстро. Присл. до быстрых, -ая, -ое. означает действие, происходящее осуществляется с большой скоростью, быстрый, скорый (9, XI, 177). Пой, Маричка, не теряй веселья свои, я си быстро верну (188).
Борше. Скорее (9, И, 222). — А расписания скорей костер в стаи. (191).
Май. 1. Наверное.
2. Больше (9, IV, 597). Ниче. У меня есть другие. — .май Лучшие (183).
ссылку. Силой, насильно (9, IV, 169). Але Палагна была фудульна. ее силком не возьмешь (211).
Сночи. Вчера вечером (9, IX, 429). — А я иду сночи, — рассказывал Иван, — мимо ее дом и смотрю — кочееться шос круглое, Гейб кошелек (205).
влет. Летней порой, летом (9, И, 705). А когда солнце снизилось, отцвели костра и дымы одпетилы в небо, радостным рыком обзавелся скот, перегнанная от жара, чтобы была остра влет, как гота костер, чтобы умножалась так, как умножался от огня пепел (209).
Прекрасно. Хорошо (9, X, 551). Я си обую прекрасно и буду девка (183).
Доли
Си, Ся Себя (9, IX, 152). Я си обую прекрасно. (183, 188).
Союзы
Гейба. Как, как (9, II, 46). — А я иду сночи, — рассказывал Иван, — мимо ее дом и смотрю — кочуеться-то круглое, Гейб кошелек (205).
Возгласы
Мой. Употребляется при обращении к человеку как возглас (9, IV, 781). — Ой мой-мой! Что ты говоришь. (188).
Гоу. 1. Звукоподражания, которым сопровождается прыжок, притопа в танце.
2. То же, что гоп. Неожиданно заскочила наводнение, злые габы сбили Маричку с ног, бросили затем на гоу и понесли между скал в долину (204).
Игий. Тьфу (9, IV, 9). Игий тебя, ведьма. (205).
Уход от диалектизмов в сутки, когда еще не создана единая литературная речь, возможен только один — употребление фольклорной речи.
услуги бухгалтера во Владивостоке
Но вполне избавиться диалектизмов писатели не могли, потому и фольклорный язык несет на себе отпечатки диалектной речи или существует в диалектной форме (4, 17). В повести «Тени забытых предков» М.Коцюбинский подбирал лексические диалектизмы по разным причинам. Во — первых, он хотел изобразить реалии, названий для которых нет в литературном языке, поэтому пользовался теми названиями, которые были в гуцульской говоре. Чтобы их объяснить М.Коцюбинский прибегает к различным способам. Один из них — сноска, в которой раскрывается значение слова. Например: к слову Царынка сноска — огороженный сенокос около дома; к слову острива — сухая ветка, к слову афини — лесные ягоды. Второй способ — когда автор наряду с диалектным словом подает его литературное значение в скобках. Например: кресаня (шляпа) (179), аридник (злой дух) (179), осно (верх) (180).
Использует писатель также лексическое и семантическое обрамленные диалектизмы, которые в основном раскрываются самым контекстом. Например: «Неизвестно, то вечный шум Черемоша и жалобы горных потоков, украшающими одинокую дом на высокой Кичеру, или сумм черных еловых лесов пугал ребенка, только Иван плакал, кричал по ночам, плохо рос и смотрел на неню таким глубоким, старческое умным зрением, что мать в тревоге одвертала от него глаза. Не раз она со страхом думала даже, что это не от нее ребенок. Не «сокотилася» баба при злого, НЕ обкурила где дома, не зажгла свечи — и хитрая бисици успела обменять ее ребенка на свое бесенок.
Туго росла ребенок, а все же подрастала, и не стямились даже, как пришлось шить ее штаны. Но так же была странная. Смотрит перед собой, а видит какое-то далекое и неизвестное никому или без причины кричит. Штаны на нем приходят, а оно стоит посреди комнаты, закрыло глаза, разинул рот и визжит.
" В лексическом составе гуцульских говоров являются местные слова, распространены и в других юго — западных диалектах, а такожслова с измененным значением (местного распространения). Например: денцивка — свирель с донышком, Любас — любовник, старина — родители, тусок — жаль, Царынка — огражденная сенокос, чугайстыр — лесной дух. В гуцульских говорах есть много заимствований: бовгар — пастух рогатого скота, осно — вершина горы, жентици — сыворотка (3, 98).
Кроме лексических особенностей, в повести М.
Коцюбинского изредка встречаем некоторые фразеологические выражения, самые многочисленные из которых — фразеологизмы — призвание и приветствия.
Фразеологизмы — призвание. Игги тебя (178). Исчез бы в озере и в щепки. (178). Шлягу бы те было! (193). Случалось, что и Иван обращался к нему, но каждый раз, встречая взгляд черных жгучих глаз знахаря, плевался незаметно: «Соль тебе в эти !.» (205). Чтобы так здоров был!. (205)
Фразеологизмы — приветствие. — Хорошо, как вы?. (207).
Стали словосочетания. Такая метель крутящий что подсветку не видно, а он, покойник. — Рассказывал хозяин соседям (225). — Тогда погибает в тот мах. (216). Не успела и за порог, а двое ягнят закрутилось на месте — и уже по ним. (205).
В приведенных примерах широко используется вспомогательный глагол с остатком старой формы глагола аориста грубых, что свидетельствует о сохранении некоторых архаичных форм, которые принимались в грамотах ХIV — ХV века (6, 185).
М.Коцюбинский интересовался гуцульским фольклором, переписывался с известным фольклористом Владимира Гнатюка. В 1910 году, возвращаясь из Италии, он на несколько дней остановился в Криворивни, был очарован ее величественной красотой, самобытными обычаями и верованиями гуцулов. У писателя появилось желание написать сочинение об этом крае. Он начинает изучать жизнь гуцулов, их обычаи, быт, знакомится с фольклором, записывает говор, названия растений.
В повести «Тени забытых предков» М. Коцюбинский использовал лексические, фразеологические, фонетические и морфологические особенности гуцульского говора, чтобы предоставить повести языкового колорита, присущего Гуцульщине, для индивидуализации речи персонажей. Таким образом Гуцульщина полностью вырисовывается такой, какой воспринимали и видели ее сами гуцулы. И сейчас, в начале XXI в., Читатель с восторгом воспринимает рассказ о самобытном гуцульский край, его обряды, обычаи.
«Тени забытых предков» — поэтическая, глубоко психологическая, лирическая и философская повесть. Она является вершиной в творчестве М. Коцюбинского, украшением всей украинской литературы. Поэтому сегодня ученики с большим интересом и удовольствием изучают это произведение.
Литература:
1. Билодид И.К. Курс истории украинского литературного языка. К.: +1958. ТЕ, с.544.
2. Грицюта М.С. Фольклорная основа повести «Тени забытых предков». Советское литературоведение. 1 958. №И, С.59.
3. Жилко Ф.Т. Говори украинского языка. К .: 1958, с. 98.
4. Жилко Ф.Т. Проблема диалектизмов в украинском литературном языке эпоху империализма (конец XIX и начало XX века). // Научные записки Киевского государственного пединститута. Т.VИИ. — Филологическое серия. № 2.К .: одна тысяча девятьсот сорок восемь, с.18.
5. Жилко Ф.Т. Очерки по диалектологии украинского языка. К .: +1966, с.80.
6. Кобылянский Б.В. Диалект и литературный язык. К .: 1 960, с.185.
7. Коцюбинский М. Произведения: В 7-ми томах. К.: 1974, Т.ИII.
8. Кушнаренко Д.А. Народное творчество и этнография. № 1, 1964, с.89.
9. Словарь украинского языка в XI-ти томах.